Российские парламентарии вновь обсуждают возможность обеспечения школьников независимо от возраста бесплатным питанием. Сейчас такая мера господдержки предусмотрена для учеников начальных классов. Как накормить всех бесплатно и кто за это заплатит, РБК Приморье рассказала депутат Государственной Думы, первый заместитель председателя Комитета ГД РФ по защите семьи, вопросам отцовства, материнства и детства Татьяна Буцкая.
— Попытка проработки подобного законопроекта о социальном питании предпринимается не впервые. Почему вновь вернулись к этой теме, и в чем суть новой инициативы?
— Впервые мы подошли к вопросу комплексно. Раньше пытались латать дыры, сегодня создаем единую систему. Суть законопроекта: ввести базовые понятия — что такое социальное питание, кто за что отвечает, как считаются деньги. Более 70 млрд руб. ежегодно тратится на питание детей начальной школы, но нет единых правил. В одном регионе ребенок получает полноценный обед, в другом — перекус, который состоит из чая и булочки. Это недопустимо. Мы должны гарантировать качество и безопасность независимо от места жительства.
— Сегодня директора школ отвечают за организацию питания?
— Формально, да. Но директор — педагог, а не ресторатор. Его не учили управлять пищеблоком, выстраивать логистику, проверять поставщиков. Ответственность огромная, а рычагов влияния часто нет. Оборудование старое, кадров не хватает, финансирование непрозрачное. В итоге дети либо не едят, либо едят непонятно что. А бывает и хуже: когда многодетных сажают за отдельный стол — это вообще за гранью. Закон должен четко определить: кто реально отвечает за качество и по каким правилам мы работаем.
— Если обеспечивать бесплатным питанием всех учеников с 1-го по 11-й класс, кто за это заплатит?
— Сразу кормить всех нельзя — инфраструктура не готова. Пищеблоки изношены, поваров катастрофически не хватает. Если просто добавить денег и увеличить объемы в три раза, система рухнет. Сначала нужно создать условия: дать регионам средства на модернизацию, обновление оборудования, подготовку кадров. Это задача законопроекта — прописать требования к финансированию и поэтапному расширению. Что касается модели: там, где работают профессиональные операторы с централизованными закупками, экономия очевидна. Но выбирать их нужно прозрачно, через реестры.
— Нужно ли прописать в законе требования к компаниям, которые кормят детей?
— Безусловно. Но не в самом законе, а через систему реестров. В эти реестры должны попадать только те, кто подтвердил качество и безопасность. Плюс закрепляем родительский контроль. Он уже работает, но должен быть четко регламентирован: как родители могут попасть на пищеблок, какие документы нужны. Главное — перейти к риск-ориентированному подходу: видеть сигналы сбоя до того, как случится беда. Это и есть цель закона — предотвращать, а не констатировать.
— Какова вообще доля школьного питания в общем объеме социального питания? Что принципиально изменит закон именно для школ?
— Школы и детские сады занимают 73% всего социального питания в стране: 37% — школьное, 36% — дошкольное. Это колоссальный сегмент. В разных регионах — разные стандарты, разные деньги, разный подход. Принятие закона создаст единую концепцию, гарантирует доступность и безопасность, повысит прозрачность бюджетных расходов. Мы наконец перестанем гадать, почему в соседней области дети едят рыбу, а у нас — только кашу.
— Вы упомянули родительский контроль. Насколько эффективна существующая система надзора? Что добавят законодательные новшества?
— Контрольно-надзорная деятельность ведется Роспотребнадзором и Россельхознадзором. Родительские комиссии уже работают, но их права четко не прописаны. Закон установит порядок допуска родителей на пищеблоки с учетом санитарных требований, чтобы они могли реально влиять на ситуацию, а не просто формально присутствовать. Система станет прозрачнее: каждый участник процесса будет знать свои обязанности и границы ответственности.
— Какие главные проблемы в системе школьного питания вы можете обозначить? Поможет ли стандартизация их минимизировать?
— Основная проблема — отсутствие гарантированной безопасности на всех этапах: от поставок сырья до раздачи. Это и старые пищеблоки, и дефицит кадров, и неравенство в финансировании между регионами. Мониторинг показывает: формально нормы по белкам, жирам, углеводам соблюдаются, но дети недополучают рыбу, творог, фрукты. Потому что нет единого понимания — что должно быть в тарелке на самом деле. Стандартизация, заложенная в законе, вместе с методическими рекомендациями, позволит уйти от этой практики. Мы должны кормить детей, а не выполнять «бумажные» нормативы.
